ГРЕБНОЙ КЛУБ «ЗНАМЯ»

 

 

Рассказ про Владимира Ивановича Богданова

 

Когда я вспоминаю о прожитых годах, надо обязательно сказать о своих учителях и наставниках, которые оказали большое влияние на меня, на выбор моего жизненного пути. Одним из них был мой тренер по академической гребле Владимир Иванович Богданов.

В.И. Богданов во время службы в армии. Кавголово, 1957 год.

Володя Богданов пришёл заниматься греблей на Кировские острова, когда ему было 12 лет. Шёл 1950 год, лишь недавно закончилась Великая Отечественная война. Он был уже известным в городе гребцом, когда в 1957 году его взяли на срочную службу в армию. Возможно, было бы лучше для его спортивной карьеры, если бы тренер Евгения Константиновна Трубач посодействовала переводу в спортивную роту в ЦСКА, Москву. Но она этого не сделала. Этот год он провёл в Выборге, в танковых войсках, в роте истребителей танков. Через год вызвали в нашу ленинградскую спортроту: «Какой греблей вы занимались?». Когда узнали, что академической – разочаровались. В то время в ленинградском СКА этот вид был ещё не развит. Владмир Иванович подумал день и решил: «Скажу, что начинал грести в каноэ».

- «Что же ты молчал, иди на тренировку». Был тогда гребной клуб «Искра», напротив «Знамени», тут же, на Малой Невке. Тренер Тяпин узнал: «О, рядовой Богданов идёт! Хочешь на каноэ? Я тебя сейчас быстро научу. Держись за весло». Владимир Иванович вспоминает: «Оттолкнул меня на воду, и я поплыл. Дошёл до моста «Динамо». На третий день уже посчитал себя гребцом-каноистом. Решил ускориться – и нырь в воду. «Мальчишка с берега кричит: «Дяденька, вам помочь?». Тяпин говорит: «Ну что, рядовой Богданов, тренировка закончилась?».

Владимир Иванович вспоминает: «Иду против волны – хорошо, по волне – ныряю». Заявили на Гонку сильнейших гребцов Ленинграда. Но судья на старте кричит: «Первая вода, весло не крашеное, сойдите с дистанции».

Силы в тот раз не удалось проверить. Шкенёву, своему армейскому начальнику, сказал: «Был бы я четвёртым, если бы судья не снял». Всё-таки потом Володя ещё потренировался, и к первенству города дали ему напарника в каноэ-двойку. Заняли пятое место. После этого на Вооружёнку их не взяли. Целый год грёб Володя грёб в каноэ.

После этого Витя Иванов сколотил команду академических гребцов, четвёрку без рулевого: Игнатьев, Лебедев и я на втором номере. Пришли в Спорткомитет: «Мы перворазрядники, хотим гоняться на Спартакиаде народов СССР». Нам в ответ: «А за кого вы будете гоняться? А выиграете?».

- «Обязательно выиграем»!

Тренер Исаев в них поверил: «Я возьму вас на сборы в Химки. Условие такое: если по сумме двух гонок вы выиграете у соперников 6 секунд». А соперники – сборная России.

«Ба-бах, и мы привозим им 12 секунд. Второй день – собирают против нас лучших гребцов – и мы втыкаем на второй гонке 18 секунд! Тренер выиграл пари на коньяк.

«Дали нам новую немецкую лодку, прямо с завода, в упаковке. Но на Спартакиаде народов СССР попали в утешительный заезд и стали седьмыми, хотя показали третье время. Не повезло. Из сборной отчислили, но форму оставили. Так что мы были основоположниками академической гребли в Ленинградском СКА», вспоминает Владимир Иванович. Это был 1958 год.

Владимир Иванович рассказывает дальше: «И стал я дальше заниматься снова академической греблей, грести в одиночке. На городе был третьим. Перед армией мы из юношей переходили в юниоры. Так что из безрульной четвёрки Лёхи Иванова, где я тогда грёб, ушёл. «День парника» – было тогда такое соревнование в календаре. Выступал тогда один перспективный гребец, не буду вспоминать фамилию. Говорили и пророчили, что он заменит Тюкалова. Так я ему накатал метров сто на этой гонке».

Ещё до армии Володя Богданов встречался в одном заезде с Юрием Тюкаловым, Олимпийским чемпионом. Это был «Осенний приз».

- «Я выиграл старт. Но левая рука у меня перегребала. Ведь я грёб раньше в распашном весле. И особенно заметно перегребание, когда смотришь и оглядываешься на соперника. Стал на него наваливаться. В заезде всего три лодки. С нами – Петухов, тогда он был пятый в Союзе. Я затабанил, чтобы не навалиться на Тюкалова. И бросил грести. Тюкалов ушёл вперёд. Однако, тем не менее, к повороту я почти его догнал. Петухов остался далеко позади».

Через год, в 1960 году, получил звание «мастера спорта СССР», выиграли Чемпионат Вооружённых сил СССР в четвёрке с рулевым. Хотя не обошлось без происшествий: «Лодка идёт на тренировке хорошо, и вдруг на тебе, воткнулся в нас на катере тренер Демьянов, засмотрелся. Дали нам другие вёсла, выправляли кронштейны».

Владимир Иванович вспоминает дальше:

«Вызвали меня на первенство СССР среди молодёжи. Вячеслав Иванов не стал там гоняться, он был уже Олимпийским чемпионом. Я грёб в одиночке. Выиграл старт. Но больная рука стала давать о себе знать. А потом на второй половине дистанции рука разжимается и не может держать весло. Я пришёл пятым. Выиграл Чистяков, потом о нём мы больше никогда не слышали. Это было ещё в армии. Когда демобилизовался – отправился на сборы в Херсон.

Евгения Константиновна Трубач предложила меня Косте Немчинову в напарники. И вот отбор на Европу, год 1961. Двойка парная Тюкалов-Беркутов идут вне конкурса. Если они выигрывают – то едут они. Если они нам проиграют, то у них есть право на матч-реванш – тогда перегонка будет 20-го числа. Мы хорошо потренировались перед этим. Шесть лодок в заезде. Берём старт и выигрываем. Уходим всё дальше. Оставалось 250 метров. Я чувствую спиной, что надо оглянуться – да, идём прямо на бакен! Я табаню. Лодка встала поперёк. Тюкалов-Беркутов ушли вперёд. Мы были вторыми. Костя доволен, получил «Мастера спорта СССР».

Год 1962. Мы с Костей выиграли ЦС в Киеве. Остались на сборах. Жили в палатках. Почти все заболели ангиной. В утешительном заезде до финиша оставалось 500 метров. Костя сделал три гребка и всё: «больше не могу», бросил грести.

Пришёл Лёха Иванов, и взял меня в восьмёрку. Коля Гомолко считал: дай темп, и лодка пойдёт. Задавал бешеный темп. Задохнулся, а гребка не было. Надорвался. Инфекционный полиартрит. Одиннадцать месяцев пролежал я в больнице. В восьмёрке грести я закончил. Отбор в Америку – туда едет первая команда. Вторая команда – на Первенство Европы. Третья не едет никуда. Мы и были третьими. Восьмёрку расформировали.

И вот гонка в одиночке. Всего три лодки: Костя Немчинов, Виктор Богачёв и я. Богачёв меня обошёл и был первым. Костя – второй. Костя ходил с гонором и гордился, что у меня выиграл. Но это после многих месяцев в больнице, потренироваться тогда я успел лишь две недели.

Игорь Хохлов пригласил грести в двойке с рулевым. На первенство Союза мы попадаем. Михаил Николаевич Тарасов говорит мне: «Садись ты загребать». И вот мы уходим всё дальше. Выигрываем уже три корпуса. И вдруг осталось всего 500 метров, и на нас начинают наезжать. До финиша всего 200 метров! Оглянулся: Игорь уже не гребёт, а болтается. Но он не бросил, а догрёб до конца. Мы были четвёртыми, а в одну секунду тогда вошли четыре команды. Вот так: вместо первого места лишь четвёртое. Больше я не стал с Игорем грести.

Витя Богачёв мне предложил грести с ним в двойке парной. А Игорь пересел в одиночку. И вот гонка. Наши соперники: Алёшин – Сурков. Со старта они везут нам корпуса три. Но к тысяче метров мы их достали, нарисовали им 6 секунд. Попали мы тогда на первенство СССР. Но у Виктора случилась травма, в него врезалась лодка, много крови он потерял, увезли в больницу. В финал мы попали, но были четвёртыми.

На Первенстве Центрального Совета Витька сел в двойку парную с Тюкаловым, они тогда выиграли гонку. А я иду в одиночке. Тюкалов тогда мне сказал: «Я уверен, что ты эту гонку выиграешь – посмотрев, как ты идёшь». За победу дали мне тогда хрустальную вазу. После того, как Витя Богачёв сел с Тюкаловым в двойку, мне пришлось грести в одиночке. Гонялся я в одиночке на первенстве Советского Союза. Но: бах! Стучу по буйку – весло сломалось. Не удалось тогда силы проверить.

Последняя гонка – Первенство ЦС Труда, здесь, в Ленинграде, на Малой Невке. Только две лодки, я и молодой Коля Баленков, ему тогда было лет 18. Я расслабился, иду спокойно. А судья кричит: «отрулись!», да «отрулись!». И соперник мой имеет преимущество ещё и за счёт поворота. Проиграл тогда я гонку. Мне было 27 лет. На этом и закончил грести. После этого началась тренерская работа».

Владимир Иванович оставил большой след в моей жизни, несколько лет учил меня уму-разуму. И многим я ему обязан.

 

Геннадий Фирсов
26.06.2019

 

 

 

г. Санкт-Петербург, Вязовая ул., д. 4